При этом, согласно опросам, россияне декларируют сравнительно высокую ценность семьи и супружества. Это подтверждает статистика – как выражаются социологи, для России характерна «высокая брачность». В официальные супружеские отношения вступают сравнительно рано для развитых стран. А те, кто прошел развод, зачастую снова женятся или выходят замуж – иногда несколько раз.
«Таким образом, при общей высокой ценности брака россияне как будто не умеют жить в семье», – констатирует Павлюткин.
«Деньги – не главное».
Похожая ситуация – с количеством детей. По словам социолога, в опросах россияне признаются, что хотят больше детей, чем у них реально потом появляется.
«Все время видим это общее место: с одной стороны, в России люди все время чего-то хотят, что-то ценят, заявляют об этой ценности, но слова и поступки не всегда сходятся», – обращает внимание эксперт.
В последние годы рождаемость падает. Если в 2015-м ее коэффициент на одну россиянку составлял 1,78, то в 2020-м – 1,5. Снижение этого показателя характерно для большинства развитых и некоторых развивающихся стран. В ЕС – 1,53 ребенка на женщину, в США – 1,64, в Китае – 1,28. Напомним: для воспроизводства населения нужен коэффициент 2,1.
В то же время есть другая интересная тенденция: в общем количестве рождений в России растет доля «вторых плюс» детей. И, как показала последняя перепись населения, в стране все больше многодетных родителей. Эта тенденция характерна для самых разных регионов, а не только, например, для Северного Кавказа, где сильны те самые традиционные ценности. Таким образом, часть россиян не только хочет, но и умеет жить семейной жизнью.
Павлюткин вместе с коллегами изучает феномен успешных браков, стараясь выяснить, что помогает людям долго жить в супружестве, заводить трех и более детей. Оказывается, материальная обеспеченность здесь – далеко не на первом плане.
«Материнский капитал и другие государственные программы – это скорее не стимулирующие (вопреки мнению ряда исследователей. – Прим. авт.), а компенсирующие меры для тех, кто готов завести детей», – считает исследователь.
Одно из ключевых качеств, укрепляющих семью, – готовность супругов к самоотдаче. Важно, чтобы этот процесс был взаимным. Например, когда муж «приглашает жену на свидание, чтобы она немного отдохнула и «перезагрузилась», при этом сам все организует, ищет няню, то возникает ощущение, что он трудится ради своих отношений», объяснял социолог в одном из интервью.
Это сходится со взглядами большинства россиян. Согласно опросу ВЦИОМ от 2 июля 2023-го, 66 процентов людей считают, что главное в успешной семейной жизни – «взаимопонимание, взаимоуважение, забота друг о друге». Примечательно, что за десять лет этот показатель вырос почти втрое (в 2013-м было 26 процентов).
«За это время опрошенные также стали чаще говорить о таких составляющих идеальной семьи, как счастье, гармония (11 процентов в 2013-м, 28 процентов в 2023-м) и любовь (12 против 20), – говорится в материалах социологической службы. – А вот благополучие и достаток теперь называют реже (25 и 16 процентов соответственно)».
«Компетенции уходят».
Некоторые специалисты уверены: чтобы сподвигнуть современную женщину на рождение детей, нужно обеспечить ей возможности для самореализации и полноценной социальной жизни. Например, создать развитую систему присмотра за ребенком с самого раннего возраста, открывать ясли (общественные или частные) при предприятиях, коворкингах и так далее.
«Речь не только об установке пеленальных столиков и пандусов, которые нужны как инвалидам, так и мамам с колясками. Общество необходимо перевоспитывать таким образом, чтобы пеленание и кормление грудью в общественных местах перестало быть порицаемым. Для этого пригодилась бы социальная реклама», – отмечал демограф Алексей Ракша в разговоре с РИА Новости.
По мнению Павлюткина, ключ к улучшению демографии лежит в иной плоскости. «За несколько поколений высокого уровня разводов и низкой рождаемости какие-то компетенции, которые важны для семейной жизни, постепенно уходят. Чтобы их актуализировать, важно выстраивать среду общения между разными типами семей», – объясняет он.
Примеры создания такой среды есть. Один из них – сообщества при церкви. Семьи священников, как правило, многодетные. И люди, вовлеченные в общественную жизнь прихода, в том числе в форме детских или семейных клубов, зачастую «заряжаются» положительным опытом. В подобных местах всегда есть к кому обратиться за советом, и заводить много детей уже не так страшно.
Вопрос в том, как масштабировать такие примеры. «Возможно, этим могло бы заняться государство в партнерстве с РПЦ и представителями других традиционных конфессий», – отмечает социолог.
Элементом такой среды могут стать церковные школы. По словам Павлюткина, в секулярной вроде бы Бельгии в таких учреждениях получает образование больше половины учеников, во Франции и США – десять-пятнадцать процентов. Тогда как в России, например, православные школы посещает 0,041 процента детей.