Следствием выбросов антропогенных ПГ и глобального потепления являются усиливающиеся экстремальные природные явления: метеорологические (тропические и внетропические циклоны, ураганы, смерчи, осадки, морозы, засухи); гидрологические (наводнения, сели, подтопления, абразия берегов, цунами); геофизические (землетрясения, горные удары, оползни, лавины, извержения вулканов, деградация вечной мерзлоты).
К 2020 году температура поверхности суши планеты поднялась на 1,2 °С, а поверхности российской суши на 2,3 °С. На берегах Гренландии и на побережье России тренд потепления очень высокий – 0,8 °С /10 лет. Материковые льды Антарктиды, Гренландии и Аляски тают со скоростью до 500 млрд т/год, ускоряя рост уровня Мирового океана, который к настоящему времени поднялся на 240 мм. Частота экстремальных гидрометеорологических бедствий увеличилась до 600 в год, осадки над сушей увеличились на 3%. Вечная мерзлота оттаивает со скоростью 80 тыс. км2/год, южные виды птиц, растений и насекомых массово продвигаются на север. Потепление формирует в горных породах земной коры термоупругие напряжения, отчего частота сильных землетрясений магнитудой более шести превысила 200 в год и продолжает увеличиваться. Потепление активизирует магматические очаги – за последние сто лет частота вулканических извержений увеличилась почти вдвое – до 70 в год.
Расчеты показывают, что в случае продолжения современных выбросов ПГ климатическая система Земли к 2100 г. обернется следующими последствиями: глобальная температура поднимется до 2,6 °С, уровень МО поднимется до 820 мм, частота гидрометеорологических стихийных бедствий увеличится до 1300 в год. Все это будет сопровождаться увеличением числа засух, волн жары, лесных пожаров, наводнений, неурожаев. Уже сегодня страны Южной Европы заявляют о нехватке воды и прогнозируют к 2100 году снижение экономического роста на 7%.
Катастрофические последствия роста глобальной температуры подталкивают человечество к решительным мерам по сокращению выбросов ПГ. Страны Евросоюза, испытывающие дефицит энергоресурсов, быстро сориентировались и создали, по сути, религию «быстрых действий» по декарбонизации энергетики. Коллективный Запад разработал Парижское соглашение (ПС) к Рамочной конвенции об изменении климата, сделав его своего рода библией новой экологической религии. ПС рекомендует мировому сообществу подчинить свои климатические действия достижению к 2050 г. двух целей: достичь нулевого уровня выбросов СО2, обеспечив «углеродную нейтральность», и не допустить повышения глобальной температуры сверх +2 °С. Сразу замечу, что обе эти цели утопичны и недостижимы.
Климатический саммит в Дубае (СОР-28) послал мировому сообществу в общем-то правильный сигнал о «начале конца» эпохи ископаемого топлива, на которое так прочно подсело человечество. СОР-28 рекомендовал всем странам представить подробный план того, как они намереваются сократить выбросы ПГ до 2035 года. Скорее всего, эти планы останутся на бумаге: мы видим, как США, Китай, Индия, страны ЕС наращивают использование угля и нефти. Все понимают, что невозможно быстро отказаться от ископаемого топлива, без которого наступят темнота и голод. И все же саммит поддержал утопические цели ПС и предлагает к 2050 г. вдвое снизить выбросы ПГ, ошибочно полагая, что после этого глобальное потепление не превысит +2 °С. Расчеты показывают, что температуру потепления +2 °С можно было удержать в долговременном плане при условии, если бы человечество обеспечило углеродную нейтральность в далеком 1985 году, когда концентрация антропогенных ПГ в атмосфере не превышала 100 (млн–1). Современный потенциал накопленных в атмосфере антропогенных ПГ давно перешагнул намечаемые Парижским соглашением и поддержанные СОР-28 температурные пределы.
Нет сомнений в том, что основной мерой климатического регулирования является перевод доминирующего производства топливной энергии на производство возобновляемой энергии. Однако следует принимать во внимание, что все виды ВИЭ в совокупности не способны заместить весь объем производимой с помощью ископаемого топлива энергии. Навязываемая коллективным Западом всему миру «быстрая и глубокая» декарбонизация энергетики приведет к столь же быстрому и драматическому снижению потребления энергии и снижению качества жизни людей.
Декарбонизация не должна рассматриваться как самоцель, которую нужно достичь «любой ценой» в отрыве от производства необходимого количества глобальной энергии. Возможные сценарии снижения выбросов ПГ необходимо рассматривать с учетом выпадающего производства энергии ископаемого топлива и возможности ввода в эксплуатацию замещающей мощности ВИЭ.