Внутренней основой драматической структуры является категория «драматизма». Поэтому драматическая ситуация — это «сердцевина любого драматургического произведения и любого внутреннего мира каждого персонажа драмы», подчёркивает А. Митта. И далее продолжает: «Это барьер, который надо преодолеть, чтобы двигаться дальше» (42,62). Чтобы вызвать сопереживание, удержать интерес зрителя к происходящему, заставить его внимательно следить за развитием событий, драматурги зачастую прибегают к выстраиванию интриги. Это позволяет им динамично и ярко выразить характеры персонажей, так как возникающие различные препятствия требуют от них принятия решений и свершения всякого рода поступков, раскрывающих их характеры и их сущность. «Интрига (от лат. intrico — «запутываю») — способ развития действия произведения, сложная, запутанная цепочка событий с выраженной причинно-следственной связью. Интригу может специально выстраивать кто-либо из персонажей для достижения своих целей, или она становится результатом стечения случайных обстоятельств…. В серьёзных и значительных по содержанию пьесах интрига может быть лишь одним из элементов действия, которое оказывается шире интриги» (79, 106).
Развивая мысль Аристотеля, А. Митта утверждает: «Тайна магического воздействия драмы конечно, в первую очередь относится к её способности вызывать катарсис — очищение через сопереживание страданию» (42, 104). Следовательно, можно сделать вывод о том, что наибольшее преимущество драма будет иметь тогда, когда она в ходе развития действия максимально использует возможность пробудить эмоции зрителя, вызвать сопереживание зрителя, довести его до вершины счастья, дарованного искусством, — катарсиса.
Однако, обращает наше внимание A.M. Поламишев, «если нравственная цель любой пьесы будет достигнута раньше завершения её действия, то вместе с этим будет исчерпан и смысл всего сюжета. Иными словами, если бы суть главного конфликта пьесы полностью раскрывалась 1де-то в середине пьесы, то «жизнь человеческого духа» всей пьесы была бы исчерпана в её середине; и уже к середине была бы достигнута и её нравственная цель. Аристотель настаивал на том, что катарсис является результатом, итогом действия всей пьесы. И вот почему для каждого драматического писателя, очевидно, необходимо построить свою пьесу так, чтобы интерес зрителей к событию на сцене не угасал до самого конца» (49, 42).
Вместе с тем, чтобы это произошло, необходимо учесть следующие условия, без соблюдения которых сопереживание при восприятии драматургического произведения, а вместе с ним и катарсиса, не возникнет:
- узнаваемость происходящего, в смысле реальности самих человеческих отношений;
- интерес зрителя к происходящему, основанный на острой современной проблематике и увлекательности;
- создание целостной картины, целостного образа события (3,17).