Гиперболизация (с греч. hyperbole — «преувеличение») представляет собой такой способ художественного обобщения, при котором художественная образность достигается путем намеренного преувеличения каких-либо свойств, качеств, особенностей предмета, явления или процесса. Художественный образ, созданный при помощи гиперболы, подчёркнуто условен, его реальный аналог не может в действительности обладать изображёнными свойствами, так как заданная мера их концентрации выступает нарушением правдоподобия. Вместе с тем, гиперболизация способствует созданию особой выразительности, эмоциональности и экспрессивности изображаемого. Вспомним поэтические строки Вв. Маяковского «В сто сорок солнц закат пылал…» или гиперболу Н.А. Некрасова «Сидит, как на стуле, двухлетний ребёнок у ней на груди…». Заданное преувеличение выявляет скрытое содержание, обнаруживает его эстетический, эмоциональный, познавательный потенциал.
Гипербола выступает важным способом обрисовки характеров. И это касается не только былинных богатырей, известных нам своей гигантской силой и доблестью, и могучих, полных жизненных сил великанов из книги Ф. Рабле «Гаргантюа и Пантагрюэль».
Художественное преувеличение — один из важных способов построения сюжета, образной системы, одно из необходимых средств передачи авторской мысли. Вспомним «Повесть о том, как один мужик двух генералов прокормил» М.Е. Салтыкова-Щедрина, где генералы, выйдя в отставку, очутились почему-то на необитаемом острове. И это не случайно: для них, просидевших свой век «в какой-то регистратуре», жизнь так же непонятна, как необитаемый остров. Сюжетная гипербола Салтыкова-Щедрина основана на укрупнении и заострении реального явления, действительного противоречия. И читатель не должен наивно изумляться злоключениям генералов, а должен вникать в смысл сюжетных гипербол. Проголодавшись, генералы начинают искать мужика, который бы их накормил, и находят. Здесь вновь гипербола. А за ней — важная мысль о том, что генералы, как и прочие сильные мира сего, без мужика, без труженика просто не могут существовать. Накормив генералов, мужик по их приказанию свивает веревочку, чтобы господа могли его к дереву привязать, — и это тоже гипербола, передающая досадную и необъяснимую покорность русского мужика, противоречащую его силе и богатым возможностям.
Иногда гиперболы переходят в смелое отклонение от житейского правдоподобия, в гротеск. А бывают сюжеты, где нет фантастических элементов, но есть большое количество неожиданных совпадений, внезапных встреч, хитроумных обманов, роковых поединков между героями. И здесь не нужно думать о том, часто ли так бывает в жизни, а необходимо вникнуть в глубинный смысл произведения, «невероятных» с житейской точки зрения изображаемых событий. Гипербола, подобно увеличительному стеклу, помогает пристальнее всмотреться в явления жизни, в ее противоречия.
Художественная гипербола нередко касается и самой авторской мысли. Гипербола—мощный способ соединения мысли и эмоции, средство создания того прочного сплава, который В.В. Маяковский называл «чувствуемой мыслью».
Литота — художественное преуменьшение, прием, внешне противоположный гиперболе, но по сути являющийся ее закономерной разновидностью. Литота также берет начало в обыденной речи. «Я на минуту», — говорит человек, заходя к другому, из чего отнюдь не следует, что он удалится именно через минуту, а не через две или через пять. Литота, как и гипербола, широко представлена в фольклоре (классический пример: мальчик с пальчик). Иногда литоту называют обратной гиперболой. Достаточно вспомнить два путешествия Гулливера — в Страну лилипутов и в Страну великанов, — чтобы увидеть, как гипербола и литота дополняют друг друга, являясь как бы двумя сторонами одной медали.
Широкое использование иносказательных средств выразительности в сценарной драматургии способствует достижению художественной выразительности театрализованного действа, его поэтичности, его художественной образности. Интересные примеры использования иносказательных средств выразительности в театрализованных представлениях приводят режиссёры — практики: Э.В. Вершковский, Д.М. Генкин, Б.Н. Петров, А.Д. Силин, Л.Д. Ковакин и др.