Таким образом, в процессе монтажа сценарного материала необходимо стремиться не только к установлению некой логической связи между единицами сценической информации, эпизодами и блоками, но и к эмоциональному воздействию на аудиторию, глубокой ассоциативной силе, ритмическому разнообразию происходящего. Необходимо художественное выражение идеи. Идея — в самом произведении, в тех мыслях и чувствах, которые оно в нас рождает. Огромная действенность искусства объясняется именно его эмоциональностью, его способностью захватить весь зрительный зал единым порывом, вызвать его на диалог, заставить петь, аплодировать или, наоборот, заставить его замолчать, или встать, объединив общим чувством. «Идея, лишённая сценичности, мало чего стоит. Гораздо важнее уметь воздействовать на зрителя…», — говорил Чарльз Чаплин.
В связи с этим, на этапе реализации замысла, поиска путей его решения, сценаристом используется весь неисчерпаемый арсенал выразительных средств драматургии (факт, художественный вымысел, композиция, поэтическое слово, ритм и т.д.) в целях создания нового, оригинального, подлинно художественного современного произведения. Вместе с тем, нужно не забывать, что современность сценария определяется, прежде всего, гражданственностью его звучания, гражданской позицией автора, высокой идейностью замысла. И главное, «чтобы то, что восхищало нас в художественном произведении, было достойно восхищения, а то, что вызвало наш гнев и презрение, было достойно этих чувств». Вместе с тем, идея должна быть не только правильной, но и эмоционально-образной. А если идея будет рассудочной, логической и будет постигаться только разумом, оставляя нас равнодушными, не захватит наших чувств, такое произведение окажется малохудожественным и эстетической радости не принесёт. Значит и идея останется невыраженной. В связи с этим, работая над сценарием необходимо придерживаться принципов, которым следовал известный сценарист, кинорежиссёр Довженко: «Произведение, которое я, сценарист, пишу, должно обладать действенностью, во-вторых, действенностью, и в третью очередь действенностью и зрелищностью. Причём зрелище должно быть увлекательным, захватывающим».
«Театр меня гипнотизирует особой только ему доступной формой общения. При непосредственном контакте только 30% информации человек воспринимает с помощью слов. Остальное — движения, жесты, взгляды, интонация, вырастающие в театре до символа» (64, 85), — пишет известный врач-психолог В. Леви.
Поэтому, чтобы в процессе работы над сценарием театрализованного действа, «слово — полководец человеческой мысли» не превратилось в пустые «слова, слова, слова…», ему нужно «найти театральный, зрелищный эквивалент». Опираясь на специфику театрализованных представлений, которая заключается в их разножанровости, синтезе искусств, в разнообразии используемого материала и сценических выразительных средств, необходимо, по словам А.Д. Силина, «создать пластический (музыкальный, световой) образ, равноценный образу литературному, а иногда даже более сильный, более действенный».
Таким образом, на завершающей стадии работы над сценарием, которая предполагает литературную обработку всех нуждающихся в этом элементов сценария, необходимо соблюсти, точность мысли каждой структурной единицы, богатство их сценического языка, его метафоричность, его образность. Все элементы сценария должны нести на себе печать художественности. Каждое слово, каждая фраза в сценарии должны быть чёткими и целенаправленными. Каждая строка диалога должна способствовать развитию сюжета и раскрытию характера изображаемых жизненных явлений, персонажей, реальных героев театрализованного действа. При этом сценарист должен уметь выходить за рамки реалистического бытового изображения, стремиться к условности, выстраивающейся на законе компенсации, когда в воображении зрителя возникает то, что ему не досказано. В художественном произведении каждая фраза, слово, кроме прямого смысла, нередко влечет за собой целый ряд представлений, которые возникают при их восприятии.
«Каждая маленькая, первая ассоциация — это есть момент рождения мысли, — говорил И.П. Павлов. — …Эти ассоциации растут и увеличиваются. Тогда говорят, что мышление становится все глубже, шире и т.д.» Так постепенно, в ходе развития действия, у зрителей растут ассоциации и расширяются до понимания темы и идеи представления. Поэтому в процессе работы над сценарием предстоит думать над каждым словом, каждой фразой. Найти образный язык, характерный для каждого персонажа. «…Любое слово, любое речевое средство оказывается художественно значимым лишь тогда, когда оно перестает быть просто информацией, когда внешние по отношению к нему жизненные явления становятся его внутренним содержанием, когда слово о жизни преображается в жизнь, запечатленную в художественном произведении как словесно-художественном целом» (79).