— Анна Сергеевна Одинцова, Евгений Базаров, Павел Петрович Кирсанов — роман «Отцы и дети»;
— Синягина, Алексей Неж:данов и Марианна Синецкая — роман «Новь».
Герои спускаются по обеим сторонам крылечка (каждый в своём образе) и направляются на отведённые для них в сквере площадки, ограждённые «музейным» шнуром. Герои размещаются там, в заданной мизансцене, в которой «замирают» точно по окончании музыкального произведения, которое исполняет ансамбль скрипачей. Вслед за героями произведений И. С. Тургенева из дверей музея выходит ансамбль классического танца и «фоновая группа» — дамы и господа XIX века. Участники хореографического ансамбля размещаются на центральной площадке перед крылечком в исходную мизансцену и «замирают» по окончании музыкального произведения. «Фоновая группа» размещается на крылечке в заданной мизансцене и также «замирает» по окончании музыкального произведения. На газонах парка, отведённых под музейные экспозиции, разместились скульптурные композиции по произведениям Тургенева.
Звучит новая композиция — аккомпанемент для ансамбля классического танца. Участники хореографического ансамбля с первыми звуками мелодии «оживают» и исполняют танец. По окончании танца снова «замирают», теперь уже в финальной мизансцене. Пока идёт номер хореографического ансамбля, все литературные герои и «фоновая группа» находятся в «стоп кадре». По окончании танца «фоновая группа» «оживает», спускается с крылечка по обеим его сторонам и выполняет функцию «живого занавеса», перекрывая центральную сценическую площадку на то время, пока участники хореографического ансамбля не поднимутся на крылечко, а их место займут герои романа КС. Тургенева «Рудин». Герои других произведений Тургенева за это время так же должны поменять своё месторасположение, перейти на заданную площадку, в направлении центральной площадки. В это время звучит музыка и на фоне музыки мужеской голос:
Смотри, как на речном просторе,
По склону вновь оживших вод.
Во всеобъемлющее море
За льдиной льдина вслед плывет.
На солнце ль радужно блистая.
Иль ночью, в поздней темноте,
Но все, неизбежимо тая.
Они плывут к одной мечте.
Все вместе — малые, большие,
Утратив прежний образ свой,
Все — безразличны, как стихия,
Сольются с бездной роковой!..
О, нашей мысли обольщенье,
Ты, человеческое Я,
Не таково ль твое значенье.
Не такова ль судьба твоя?
Ф.И. Тютчев
«Живой занавес» открывает центральную площадку. Перед зрителями возникает «скульптурная группа» из героев романа И. С. Тургенева «Рудин».
Голос ведущего: Герои романа И.С. Тургенева «Рудин» — Наталья Ласунская и Дмитрий Рудин.
«Скульптурная группа» «оживает», идёт инсценировка отрывка из романа «Рудин» — «Пью за здоровье Рудина».
Н.: Неужели же Дмитрий Николаевич, вы ничего не ждете от жизни?
Д.: О, нет! Я жду многого, но не для себя… От деятельности, от блаженства деятельности я никогда не откажусь; но я отказался от наслаждения. Мои надежды, мои мечты не имеют ничего общего. Любовь…любовь — не для меня; я…ее не стою;
Женщина, которая любит, вправе требовать всего человека, а я уж весь отдаться не могу. При том нравиться — это дело юношей, а я слишком стар. Куда мне кружить чужие головы? Дай бог, свою сносить на плечах!
Н.: Я понимаю, кто стремится к великой цели, уж не должен думать о себе; но разве женщины не в состоянии оценить такого человека? Мне кажется напротив, женщина скорее отвернется от эгоиста. Все молодые люди, эти юноши, по-вашему, все — эгоисты, все только собой заняты, даже когда любят. Поверьте, женщина не только способна понять самопожертвование: она умеет пожертвовать собою.
Д.: Вы не раз слышали мое мнение о призвании женщин. Вы знаете, что, по-моему, одна Жанна д’Арк могла спасти Францию… Но дело не в том. Я хотел поговорить о вас. (Отходят на задний план).
Голос ведущего: Александр Павлович Липин, Михаил Михайлович Лежнев, Басистов, Африкан Семенович Пигасов.
Л.: Господа, я предлагаю вам выпить за здоровье Дмитрия Рудина! Недостатки Рудина мне хорошо известны. Они тем более выступают наружу, что сам он не мелкий человек (Все с удивлением посмотрели на него).
Б.: Рудин — гениальная натура.
Л.: (возражает) Гениальность в нем, пожалуй, есть, а натура. В том-то вся его беда, что натуры-то, собственно, в нем нет. Но не в этом дело. Я хочу говорить о том, что в нем есть хорошего, редкого. В нем есть энтузиазм; а это, поверьте мне, флегматическому человеку, самое драгоценное качество в наше время. Мы все стали невыносимо рассудительны, равнодушны и вялы; мы заснули, мы застыли и спасибо тому, кто хоть на миг нас расшевелит и согреет! Пора!